Христос Воскресе!

       Дорогой мой, Симушенька!

       Поздний пасхальный привет шлю тебе на бумаге, но от избытка сердца своего мысленно, духовно приветствовал, заочно христосуясь с тобою, а также и со всеми своими прочими – близкими, в самый святой таинственный, по торжеству небеси подобный, час наступления св.Пасхи, представляя всех вас дорогих около себя неразлучно, как бывало во дни оны…

       В среду на Пасху получил письма, целых четыре, с обильным материалом и очень разнообразным, давшим обильную пищу моему размышлению на долгое время. В числе писем этих было и твое «До востребования». В Сталине написал ответ «всем и вся» - многое и сдал в св.субботу письмо. Одновременно хотелось мне и тебе отправить, но энергии в силах физических, ослабевших несколько «бденными службами», недостало. И вот отдохнув теперь, придя в себя, как бы в колею обычной текущей домашней своей жизни, я и набрасываю сии строки впервые в «Красный луч». Все письма, повторяю, были богаты жизненным содержанием из разных мест и я перечитывал их не раз… не менее 3-х, 4-х. Хотелось все детально усвоить сообщаемое и закрепить в памяти наиболее выразительное по чувствам родства, или близости сердечной, поведанное. Так, первое твое, Симуша, письмо из К.Л. заучено хорошо мною и я до некоторой степени наглядно вижу своего кудряша, перекочевавшего снова уже на новое место службы. Я думал, что ты, оставив (Рыков?) , гостеприимный для тебя по продовольствию хлебному, по проживанию покойно-благодушному, почувствуешь, перелетев в К.Л., некое изменение на умаление благодушия. А оказывается, ты еще более возгорелся им здесь и даже, как пишешь, как никогда ранее. Благодушие твое ценное от приятного несения своей службы. Чувствовать себя хорошо в курсе своего дела – это и есть именно оплот благодушия человека, на службе состоящего. А если каждый день проходит «в совершенствовании» у тебя, то это уже особенный успех, кипучее рвение к знанию своего дела! Да теперь-то самое благоприятное время, дор. Сим., твоего расцветающего нежно зрелого возраста к проработке на знанием – «этой силой», о которой в свое время писалось на школьной скамье сочинение пишущим. И при этом нельзя не упомянуть, дорогой, чтобы «знание» не было односторонним – однобоким, проще говоря, чтобы все силы души получали свое удовлетворение, насыщаясь потребным для них знанием, чтобы не ум только, но и сердце и воля, словом, вся духовная субстанция человека занята была познавательным делом не конечного только знания, временного, но вечного, воплощающего в себе Истину, прорекшую о Себе: «Азъ есмь Истина». Только при свете познания этой животворной Истины все прочие приходящие житейские знания трудолюбца над знанием имеют свою гармонию и дают в награду ему приятный, ощутительный до восторга отзвук наслаждения в жизни. Одно голое знание без любви – нежизненно. «Знание надмевает, а любовь назидает. Кто любит Бога, тому дано Знание от Него»(Коринфянам 8 гл.1-3). Как ни совершенствовался каждый день сказавший о себе так сам Т., но не познав самой сущей Истины, а отвергнув ее – (Бога) гордо, презрительно, потерпел крушение духа, заметался, несчастный, этот восхваленный колосс знания и мнивший себя выше всего существующего, на конце своей жизни, ища себе мира и успокоения в своих поездках и туда и сюда…, но однако это духовное наслаждение было для него недосягаемым, чуждым, не поддержало сего мудреца и богатство знания при закате дней его жизни, внушая во внутренняя его не успокоение, а тревогу, страх, что не познал главного, Кто есть Альфа и Омега. Так невольно пришлось вспомнить того, рассуждая о знании, кого совсем бы и не хотелось вспоминать лично мне, а только упомянул о нем ввиду ссылки твоей на Т.

       Как рад я, продолжаю далее, что ты, Симуш, достиг по технологии хлебопечения знания удовлетв., уже без отрицания «не»». Успевай и в этом еще далее на лучшее! А здесь есть у тебя хлебопечение? Напиши об этом и вообще о службе на новом местев ее естественных чертах поподробнее: для меня все это интересно. Данные эти открывают мне заочно иметь суждение или представление о том, как и при каких условиях несет службу свою мой Сим., и насколько живется ему в действительности свободой и отдыхом от своих энергичных молодых трудов, ну словом в этом смысле и в проч…. Хотя ты уже в письме и так определил характер жизни своей в К.Л. – это благодушие небывалое, ну а все-таки…

       Вот хорошо, что гора спала у тебя с плеч, открыл гениологию свою! И я скажу: (все?не?) к лучшему это!

       Знаю, знаю, что благоразсудительность твоя подмечена мною, как отцом, за своим любимым Симушей, еще в детстве твоем, а далее еще более она открывалась в тебе. Если я упомянул о ней тебе, то не потому, что не знал о ней в тебе, а по чувству любящего отцовского сердца пожелать возбудить ее еще более в тебе, ибо есть предостерегающий голос: «Блюдите, како опасно ходите». А потом нельзя всецело уповать на свой разум и считать его вершителем всего, непогрешимым путеводителем, говоря это по отношению ко всем людям, хотя бы и ученейшим. «В свете Твоем узрим свет, пробави милость Твою (ведущим?) Тя!». «Горе многим бывает от ума»». Опять как не вспомнить того же Т.?…

       Хорошо очень, что не пристращаешься ко многому, имея у себя только самое необходимое из вещей, как у студента. Всему свое время! По возрасту твоему пока еще сходит и так. Но у студента малоприобретенность в вещах нужнейших проистекает большей частью от скудости денежной в заработке, у тебя же иное дело… Не доведи до крайности, не будь плохо одетым и неряшливым вообще – это не к благосостоянию ведет. Хотя пока и мало у тебя было, но хорошее, более чем приличное и все чистое, опрятнейшее! Слышишь?

       От твоих заключительных слов, Симушенька, что ты «вообще спокоен, благодушествуешь», по мелочам не нервничаешь», приходится только восторгаться и вместе с тем сказать тебе в предостережение: «Смотри, не споткнись: искушений в жизни много: столбы и то качаются и даже иногда и падают, говря это на языке людей не от мира сего». Если будешь взирать на Успокоителя всех, то тогда Его силой и ты будешь силен сохранять дорогое спокойствие свое.

       Слышу в письме мамы, что ты, Симушенька, с Санюшей собираетесь ко мне в гости? Правда или нет? Санюша открыткой своей с пути из Луганска намекает на эту визитацию. Письмо не оканчиваю, будет дополнительное к нему, сейчас спешу на почту. Дорогой мой Сим., целую тебя, радуясь тобою, хорошо бы и впредь было так.

       Пиши!